Гёте и Мефистофель

Внезапно сымпровизировалась мини-, а точнее, микропьеса.
1774 год, Франкфурт, кабинет адвоката Иоганна Вольфганга Гёте. Поздний вечер. Адвокат закончил свои юридические дела, и теперь спокойно сочиняет стихи.

Раздаётся стук в дверь.
ГЁТЕ. Войдите!
Стук повторяется.
ГЁТЕ, раздражённо. Да войдите же!
ГОЛОС ИЗ-ЗА ДВЕРИ. Прошу прощения, но, чтобы я вошёл, меня должны пригласить трижды.
ГЁТЕ встаёт из-за стола, его взгляд становится заинтересованным.
ГЁТЕ. Войдите.
Входит МЕФИСТОФЕЛЬ. Его внешность всем известна, но детали остаются на усмотрение режиссёра.
ГЁТЕ. С кем имею честь?
МЕФИСТОФЕЛЬ. Меня называют по-разному, но на Мефистофеля я тоже отзываюсь.
ГЁТЕ. И вы хотите предложить мне продать свою душу, как когда-то предложили Фаусту?
МЕФИСТОФЕЛЬ. Зачем? Я и у Фауста душу не покупал – она мне досталась бесплатно. А вам я предлагаю сделку иного рода. Вы хотите всемирной славы?
ГЁТЕ. Хочу – вот только я добьюсь её и сам. Мой «Вертер» уже гремит по всей Европе. И, поверьте, «Вертер» - далеко не большее, на что я способен!
МЕФИСТОФЕЛЬ. Да, вы кое на что способны. Но неужели вы один такой? Сейчас в Германии достаточно плюнуть за окно, чтобы попасть в поэта-романтика. Если вы завтра умрёте, возможно, через десять лет вас ещё будут помнить. Но ведь вы наверняка хотите, чтобы ваше имя было знаменито и через сто, и через двести, и через триста лет…
ГЁТЕ. Вот только душу я за это отдавать не собираюсь. Я и так буду знаменит. Хотите пари?
МЕФИСТОФЕЛЬ. Да кто же говорит о душе? Я всего лишь прошу вас о том, что вы и сами бы охотно сделали. В конце концов, не я, а вы первым вспомнили легенду о докторе Фаусте. Вы ведь уже много размышляли над ней. Скажите честно, на какую идею она вас чаще всего наталкивала?
ГЁТЕ. Высшим натурам позволено всё!
МЕФИСТОФЕЛЬ. Именно так! Вы ведь сами, господин Гёте, поднялись над человечеством, охватываете мыслью весь мир, как титаны Возрождения. Неужели и для вас существуют те же ограничения, как для заурядных бюргеров и бауэров, которые не способны видеть дальше своего носа? Неужели они существуют и для Фауста, который стремился познать надчеловеческую истину? Вы осудите его за то, что при этом он перешагнул через несколько трупов?
ГЁТЕ. Не осужу. Но свою душу…
МЕФИСТОФЕЛЬ. Ещё раз повторяю: оставьте свою душу себе! Вам ведь самому хочется изменить финал легенды, чтобы Фауст, несмотря ни на что, попал в рай. Его духовные искания перевешивают все грехи – или всё-таки нет?
ГЁТЕ. Пожалуй, перевешивают. Человечество должно перерасти то, что оно есть – и стать чем-то большим. Почему бы символом этого перерастания не стать Фаусту?
МЕФИСТОФЕЛЬ. Так и напишите пьесу об этом. Как видите, я не требую от вас ничего сверх того, к чему вы стремитесь. Вы хотели сказать миру свою правду – и вот она. Вы хотели славы – и она будет. А душу оставьте себе – меня одна душа не интересует.
ГЁТЕ. Ничего не обещаю. Но идея хороша, я над ней подумаю.
МЕФИСТОФЕЛЬ. Тогда доброй вам ночи. (Выходя за дверь). Отлично. Значит, ницшеанство и фашизм у меня уже готовы. А конкретно в душах это выходит… (углубляется в подсчёты).
ЗАНАВЕС

Кое-что о Ричарде III



Вот уже который год наблюдаю за попытками отмазать Ричарда III от всех обвинений, которые навесила на него история. Но, по-моему, от таких оправданий ему приходится хуже, чем от самих обвинений.

Ладно, оставим в стороне Джозефину Тэй с её "Дочерью времени" - всё-таки художественная литература. Но тот же Айзек Азимов в "Путеводителе по Шекспиру" жмёт педаль в пол:

"Он доблестно сражался при Барнете и Тьюксбери; вероятно, именно Ричард выполнил грязную работу по устранению прежнего короля Генриха, заключенного в Тауэр...
...Поэтому к многочисленным злодействам, приписанным ему в пьесе, следует относиться критически. В действительности Ричард не был злодеем".

Гениально, мистер Азимов! Ричард благородно и доблестно убил слабоумного человека, который вряд ли соображал, кто он и где находится. Поэтому он, конечно, кто угодно, только не злодей.

Российский историк Вадим Устинов продолжает ту же линию: "Ричард действовал жёстко и незаконно, но вполне в духе времени". И в своих книгах упирает на то, что у Ричарда были основания так поступать. Извините, но если какой-нибудь бандит перережет вам горло ради содержимого ваших карманов - наверняка и у него для этого найдутся основания.

А если брать просто факты, без оценок - что, собственно, произошло? Эдуард IV, умирая, назначил своего брата Ричарда протектором - с тем, чтобы он обеспечил наследование престола его сыном Эдуардом V.

Ричард, получив власть, первым делом без суда и следствия расправился с Вудвиллами, родственниками жены Эдуарда. Да, они были теми ещё ангелочками. Но состоять в родстве с королевой - это не преступление, принимать от короля земли, титулы и должности - тоже не преступление.

Дальше протектор опять-таки без суда отправил на плаху Уильяма Гастингса - на минуточку, лорда-камергера. И того самого человека, который призвал его к власти.

А потом наш доблестный герой объявляет бастардом своего племянника Эдуарда V, причём для обоснования этого использует юридические аргументы, способные рассмешить даже царевну Несмеяну. И сам садится на трон. С того света доносится голос Эдуарда IV: "Алё, конюшня, я вообще-то назначал тебя протектором не для этого!" - но никто его не слышит.

Новый король помещает своих племянников в Тауэр, под надзор своего старого друга Роберта Брекенбери, которого он же сделал констеблем Тауэра. И вскоре мальчики куда-то таинственно исчезают. Что с ними произошло? Ну... не знаю. Может, отравились несвежими устрицами?

Но и тут Азимов пробивает дно:

"Эдуард V правил лишь несколько недель и так и не был коронован, но, несомненно, пока Эдуард был жив, Ричарда ожидали крупные неприятности. А если бы Эдуард умер, трон унаследовал бы его младший брат. Ричард чувствовал, что для блага государства принцы должны умереть",

Ну, если для блага государства, то конечно. Есть вообще такая мерзость, которую нельзя сделать для блага государства?

Шекспир, конечно, многое присочинил. А вот сэр Томас Мор, похоже, в основном был прав

Трамп-пам-пам

Естественно, американская политическая система не идеальна (а что вообще в нашем мире идеально?). И в последние годы она переживает кризис.

Но Дональд Трамп в 2016 году предложил не улучшить эту систему, а послать к чертям. Он предложил американцам другую модель: вот народ, вот вождь, который выражает желания народа (то есть он сам), а все остальные идут лесом. Государственные институты прогнили, так к чёрту их.

Даже в президенты Трамп только формально баллотировался от Республиканской партии, а по сути - от самого себя.

Но события последних месяцев показали: политическая система США, возможно, переживает не лучшие времена, но кое на что ещё способна.

С 2016 года Трамп плевал на демократию - а она утиралась. Сейчас демократия плюнула на Трампа - и он утонул.

На мелкобуржуазную тему

Последние месяцы, честно признаться, работа высасывала меня досуха - даже сюда писать не оставалось либо времени, либо сил.

А тут на праздниках выдалось окно - и я даже смог написать очередную статью. Поддать классового анализа украинской политики.

Я и в самом деле считаю, что сейчас в Украине единственная сила, способная противостоять олигархам - это мелкая буржуазия. А теперь вопрос на миллион: сама она это сознаёт?

Слухи о смерти демократии сильно преувеличены

Значит, всё-таки Байден. Ну что же, у меня для вас хорошие новости: похоже, демократия всё ещё жива.

Да, она тяжело болеет - и на этой болезни как раз и вырос опухолью Трамп. Это был его посыл: к чёрту этих прогнивших партийных политиков. Вручите всю полноту власти парню, которому вы доверяете - а уж он этой властью распорядится, уж он наведёт порядок. Недаром свою прошлую избирательную кампанию Трамп, формально республиканец, вёл, по сути, как независимый кандидат.

В прошлый раз прокатило. А теперь, похоже, американцы одумались и решили: пусть наша политическая система плоха, но ничего лучше пока не придумали, обойдёмся без вождей.

Да-да, я понимаю, что и у нас Зеленский поднялся на волне таких же настроений. Но тут есть два отличия. Во-первых, в Украине нет такой партийной системы, как в США (где здесь хоть одна неолигархическая партия?), так что новый президент стал не угрозой демократии, а просто народным пинком под жирный зад правящего класса. А во-вторых, в Украине единовластие не приживается, и тот же Зеленский с каждым днём превращается не в диктатора, а в хромую утку.

В общем, американцы молодцы.

О сознательности

За что я уважаю свою новую родину, так это за политическую сознательность (высокую, правда, только по сравнению с моей родиной старой). Здесь гораздо меньше, чем в России, склонны подменять цель средством.

Во времена моей юности россияне попались в логическую ловушку: "Нам нужна демократия, Ельцин - демократ, значит, нужно, чтобы он любой ценой был у власти". Под этим демократическим  соусом скушали и расстрел парламента, и похабные выборы 1996 года, и тот момент, когда Ельцин ударился оземь и обернулся Путиным. А многие, уж не буду показывать пальцем, и до сих пор не поумнели.

Украинцы в таких вещах шарят куда лучше. Они по большей части поддерживают Зеленского, но при этом отлично понимают, что ценен он не сам по себе, а как смачная оплеуха правящему классу ("Вы же клоуна выбрали! - Пусть клоуна, лишь бы не кого-то из вас!"). Так что поддерживают его вовсе не безоговорочно.

Сейчас вот возникла нужда щёлкнуть по носу уже самого Зеленского. Думаю, сегодня такой щелчок и будет - когда на местных выборах "Слуга народа" получит куда меньше голосов, чем рассчитывает.

Готов побиться об заклад.

Непонимания псот

Скажу честно: чем дольше живу в Украине, тем меньше понимаю украинцев.

Например, в их представлении украинские менты - уродские уродливые уроды. Пани та панове, да они просто святые по сравнению с ментами российскими и белорусскими, они - образец вежливости и достоинства. Если тут случается Врадиевка или Кагарлык, то вся страна ходит ходуном - а в России из-за такого никто бы не почесался.

В том же Киеве общественная жизнь бьёт ключом, граждане собираются когда и где хотят и под какими угодно лозунгами - и ни одна блядь не смеет вякать в мегафон: "Ваша акция не согласована!".

Мон блин, да тут даже президентом люди выбрать могут, кого хотят! Даже не любого из предложенных, а вообще кого хотят! Захотели люди видеть президентом юмориста - он и стал президентом.

А украинцы вечно недовольны таким положением. Одни голосуют на выборах за, извините выражение, ОПЗЖ, другие вообще поговаривают, что Украине нужен свой Лукашенко.

Не понимаю. Наверное, я в душе ещё слишком россиянин.

Партийно-именное

За что я всегда костерил украинские партии (да, мне, понаехавшему москалю, хватило на это наглости) - так это за то, что они себе в названия добавлют имена собственные.

"Радикальная партия Олега Ляшко", "Движение новых сил Михаила Саакашвили"... "Республиканская партия Эйба Линкольна", блин. Даже в Германии не было "Национал-социалистической партии Адольфа Гитлера", а уж этих ребят трудно упрекнуть в нехватке вождизма.

То есть понятно, что такая партия - тупо группа поддержки какого-то политика. Но тут хотя бы происовывается какое-то политическое лицо. Назвались люди радикалами, так извольте быть радикальными.

А сейчас создаются партии с другими названиями - "Партия Шария", "Победа Пальчевского"... Тут уже ни намёка на идеологию, только личность, и всё.

Паки и паки повторяю: не будет Украине счастья, пока не появятся здесь партии, основанные не на личности, а на идее.

Сам бы основал такую партию, с блэкджеком и шлюхами, да нельзя - я пока ещё не гражданин. Жена и сын у меня украинские граждане, а я вот нет.

Кое-что о фашизме

Я всё же полагаю решительно неправильным называть режим Лукашенко фашистским. То есть это допустимо разве что в эмоциональном плане - как ругательство. Точно так же на эмоциях Лукашенко можно назвать и ублюдком, и пидорасом. Но это не значит, что он действительно был рождён вне брака (хотя на сей счёт, помнится, полной ясности нет, но ведь я не об этом) или что он в постели женщинам предпочитает мужчин.

Если же использовать слово "фашизм" как термин, то здесь, на мой взгляд, совершенно не наш случай.

Диктаторы бывали во всех странах и во все эпохи. И всегда они железной рукой подавляли недовольство - на то они и диктаторы. Но если в какой-нибудь латиноамериканской стране XIX века генерал Хулио Педро Гомес захватил власть и принялся расстреливать всех несогласных, это ещё не делает его фашистом.

Фашизм, господа-товарищи - явление массовой политики. Он невозможен без фашистской партии. В сущности, основа его - противоречие в сознании "маленького человека": "Я ничего не значу, но хочу что-то значить".

Фашизм, если угодно - это Мордред Великой Французской революции. Как, согласно легенде, король Артур по неведению переспал со своей сестрой Моргаузой, зачав Мордреда, своего будущего убийцу, так и фашизм стремится уничтожить наследие ВФР, в полной мере являясь её порождением.

В старом сословном обществе то противоречие, о котором я говорю, было в принципе невозможно. Там господствовал совершенно иной взгляд: "Я ничего не значу, и это совершенно нормально. Что-то значить должны короли, сеньоры, прелаты, а я кто такой?".

Но ВФР провозгласила всеобщее равенство людей. Джинн был выпущен из кувшина, и загнать его обратно уже не получится.

Вот тут-то и возникло противоречие. Все люди вроде бы равны - но именно что вроде бы. А на деле от одних зависит всё, от других - ничего. Если бы я не боялся раздразнить гусей, то сказал бы, что фашизм родился из неосуществлённых обещаний либерализма, который провозгласил равенство, но не смог сделать его действительностью.

Да, всевозможные левые тоже работают с этим противоречием. Но у них иной подход: "Присоединяйся к нам, и вместе мы создадим такое общество, где каждый, в том числе и ты, будет что-то значить".

А фашизм идёт по пути наименьшего сопротивления: "Да, сам по себе ты никто и звать тебя никак. Но в нашей иерархической системе ты можешь стать кем-то. Вступай к нам! Наша партия имеет/получит огромную власть, и тебе тоже достанется кусочек этой власти".

Во многом это возвращение к средневековым сословным порядкам, где значимость человека определяется его местом в иерархии. Но тут хотя бы есть вертикальная мобильность. Всё же графами рождаются, а бригадефюрерами СС становятся.

Где что-то подобное в Беларуси? Там нет массовости, а значит, не может быть и фашизма. Есть диктатор, при нём есть репрессивный аппарат - вот и всё.